Анна Николаевна пожала плечами. Заведующая понимающе кивнула.
- Если надумаете, свяжитесь с ее опекуном, Михаилом Петровичем. Потребуется его согласие.
Когда женщина вышла на улицу к ребятам, на ее лице сияла улыбка. В ее голове созрел план. - Пойдем, Сергей, нам пора.
Анна Николаевна потрепала захныкавшую Свету по плечу. - Ну, ну, девочка, потерпи пожалуйста совсем немного. Все будет хорошо.
Посадив возвращавшегося в часть солдатика на поезд, пожилая женщина долго не уходила с перрона словно застыв с поднятой рукой, а потом опомнившись поспешила к выходу. Впереди было очень много дел.
Сначала она позвонила деду Сергея и Светы, а потом набрала своему давнему заклятому другу и конкуренту по бизнесу, Андрею Викторовичу. Когда на том конце послышалось знакомое алле, она бодро спросила. - Ну, что, Андрей, твое предложение еще в силе?
Услышав удивленный возглас, улыбнулась. - Нет, нет, дела идут отлично. Просто срочно нужны деньги. Еще у меня условие — все сотрудники останутся на своих местах.
Она мерила шагами тесную кухоньку. - Да, да, и баба Люба тоже, у нее внуки на руках.
На минуту замерла и кивнула. - Спасибо, Андрей. Завтра встретимся, подпишем бумаги.
Постояла с минуту, мысленно прощаясь со своим детищем. - Не пропаду, пенсию мою никто не отменял, — подумала не весело и вздернула подбородок.
А через день, положив деньги за проданный магазин, на счет, Анна Петровна снова была в интернате. Взяла адреса благотворительных организаций, и принялась обивать пороги. Вырученной суммы не хватало, и она ходила благотворителям как на работу. Просила, убеждала, умоляла. Время таяло, а ее только кормили обещаниями.
Но однажды вечером, когда женщина по обыкновению составляла план завтрашних визитов, в квартире раздалась трель дверного звонка. На пороге стоял хмурый бородатый мужик лет 60. - Это ты что ли Светкиной операцией занимаешься?, — недобро спросил он, и подтолкнув Анну Николаевну, ввалился за ней внутрь.
Женщина оторопела. - Что это значит? Кто вы? — она откровенно запаниковала.
А мужик не разуваясь потопал на кухню. - Я дед Серёги и Светы, Михаил Петрович. Ну, признавайся, что задумала? Знаю я вас, прохиндеев городских.
Анна Николаевна насупилась, ей не в чем было признаваться, да и разговаривать с этим мужланом совсем не хотелось. Она отвернулась к окну, всем своим видом давая понять, что никакого разговора не получится.
Мужик запыхтел на стуле, обвел взглядом чистенькую кухоньку, скользнув взглядом по висевший на стене фотографии молоденького солдатика, и хмыкнул. - Сын что ли? — зашевелил мохнатыми бровями.
Не отрываясь от окна Анна Николаевна кивнула: - На войне погиб, — прошептала осевшим голосом.
С минуту мужик посидел молча, и вдруг хлопнул на стол пухлый бумажный конверт. - Я это, дом продал. Здесь немного, но сколько есть. Бумаги подписал, ты только не обмани нас, вступиться за девку некому.
Анна Николаевна подняла на него недоуменные глаза. - Как продал дом? А сам куда же? А дети?
Мужик усмехнулся в бороду. - Есть у меня развалюшка небольшая. К Серегиному возвращению подниму, подлатаю, а там мы вместе дом выстроим. Я еще в силе, — посмотрел на нее и жалобно скривился. — Лишь бы девку вылечить. Помоги, а — тяжело поднявшись, не прощаясь, потопал к выходу.
Как только дверь за гостем захлопнулась Анна Николаевна заглянула в пакет. - Похоже недостающую сумму можно не искать, — пронеслась в голове радостная мысль, и она принялась пересчитывать принесенные деньги. Еще продаст машину, и девочку спасут. Анна Николаевна спешила как могла.
И через две недели, вжавшись от страха в кушетку, она уже сидела в столичном кардиологическом центре перед дверью в операционную и молилась. Когда к ней подошел улыбающийся хирург, силы совсем оставили пожилую женщину, и она тихонько заплакала. - Светочка будет жить. Она поправится.
После месяца в реабилитационном центре они вместе вернулись домой. - Теть, Ань, а поехали в деревню с нами? У нас классно. Лес и речка, — без умолка трещала уже окрепшая Света. — Чего вы здесь одна?
В ожидании возвращавшегося из армии брата, женщина забрала девочку к себе. Необходимости находиться в специализированном интернате больше не было. - Встретим Серёжу, и отвезу обоих к деду, — думала женщина, улыбаясь. — Действительно, отдохну пару дней на воздухе, решу как дальше жить.
Солнечным июльским деньком старенький тарахтящий автобус высадил на окраине села живописную троицу. Долговязый паренек в военной форме обнимал за плечи худенькую светловолосую девочку, которая держала за руку миловидную полноватую женщину.
Растерянно оглядываясь, они топтались на остановке, когда вдалеке на сельской улице показался спешивший с огромным букетом бородатый мужик. - Милые мои, дождался, — Михаил Петрович подбежал к приехавшим, и сграбастал в объятия всех разом.
Света с Сергеем кинулись целовать деда. Анна Николаевна улыбаясь стояла рядом. Она спрятала лицо в пахнувшем медовом букете полевых цветов, и вдруг отчетливо поняла, что не вернётся ни в какой город. И судя по взгляду брошенному на нее Михаилом Петровичем, ее никто туда не отпустит.
Никита Андреев